Political Speech on Election Trust
À vrai dire, je n'avais pas l'intention de parler.
Mais notre estimé Nikita Sergueïevitch
m'a traîné de force ici, à cette réunion.
« Fais, dit-il, un bon discours. »
De quoi parler ? Quel discours, au juste ?
Tout ce qui devait être dit avant les élections
a déjà été dit
et redit
dans les discours
de nos camarades dirigeants :
Kalinine,
Molotov, Vorochilov,
Kaganovitch, Iejov et bien d'autres camarades
responsables.
Que peut-on encore ajouter à ces discours ?
Il faut, dit-on, éclaircir certaines questions
de la campagne
électorale.
Quel éclaircissement ? Sur quelles questions ?
Tout ce qui devait être éclairci
l'a déjà été et réexpliqué
dans les appels bien connus
du parti bolchevik,
du Komsomol, du Conseil central des syndicats
des ouvriers et employés,
dans les résolutions de ces
comités de sportifs et de sportives.
Que pourrait-on encore ajouter à ces explications ?
Bien sûr, on pourrait faire un de ces
petits discours
sur tout et sur rien.
Peut-être qu’un tel discours
divertirait le public.
On dit que les maîtres de tels discours
ne se trouvent pas seulement là- bas,
dans les pays capitalistes, mais aussi dans notre
pays soviétique.
Mais, premièrement, je ne suis pas maître en la matière.
Deuxièmement, devons-nous nous occuper
de divertissements à présent,
quand nous tous, bolcheviks, comme on dit, avons
tant à faire ?
Je pense que non.
Il est clair, que dans ces conditions,
on ne peut pas faire de bons discours.
en prononcer.
Et pourtant,
puisque je suis monté à la tribune, il faut, bien sûr,
d’une manière ou d’une autre
dire au moins quelque chose.
Avant tout, je voudrais exprimer,
adresser
mes remerciements.
Mes remerciements aux électeurs pour la confiance,
qu’ils m’ont accordée.
Peut-être s’attendent-ils à ce que le camarade Staline
saura accomplir son devoir
envers le peuple.
Envers la classe ouvrière.
Envers la paysannerie.
Envers
l’intelligentsia.
End of transcript · 306 words · machine translated
Original transcript (Russian)
Признаться, я не имел намерения выступать. Но наш уважаемый Никита Сергеевич силком притащил сюда меня на собрание. "Скажи, - говорит, - хорошую речь". О чем сказать? Какую именно речь?
Все, что нужно было сказать перед выборами, уже сказано и пересказано в речах наших руководящих товарищей:
Калинина, Молотова, Ворошилова, Кагановича, Ежова и многих других ответственных товарищей. Что еще прибавить к этим речам?
Требуются, говорят, разъяснения по некоторым вопросам избирательной кампании. Какое разъяснение? По каким вопросам? Все, что нужно было разъяснить,
уже разъяснено и переразъяснено в известных обращениях партии большевиков, комсомола, Центрального Совета профессиональных союзов рабочих и служащих,
в постановлениях ими комитетов физкультурников и физкультурниц. Что еще можно прибавить к этим разъяснениям? Конечно, можно было бы сказать эдакую легкую речь
обо всем и ни о чем. Возможно, такая речь позабавила бы публику. Говорят, что мастера по таким речам имеются не только там, в
капиталистических странах, но и у нас, в советской стране. Но, во-первых, я не мастер по таким речам. Во-вторых, стоит ли нам заниматься делами забавы теперь,
когда у всех у нас, у большевиков, как говорится, вот работ полон рот? Я думаю, что не стоит. Ясно, что при таких условиях хорошие речи не
скажешь. И все же, коль скоро я вышел на трибуну, конечно, приходится так или иначе сказать хотя бы кое-что.
Прежде всего, я хотел бы выразить, принести благодарность. Благодарность избирателям за доверие, которое они оказали.
Может, и рассчитывают на то, что товарищ Сталин сумеет выполнить свой долг перед народом. Перед рабочим классом. Перед крестьянством.
Перед интеллигенцией.
